Пермь в уже пятый, юбилейный раз раз охватила «джаз-лихорадка». В наш город приехали мировые звезды. Некоторые российские джазмены не меньшие знаменитости, чем западные коллеги. Касается это утверждение не только Бутманов. Алексей Кондаков, например, играет чаще в Нью-Йорке, чем в родном Петербурге. А басист Андрей Светлов — вообще с французским паспортом. Получается, что у джазмена нет прописки — он гражданин мира. Один из их альбомов так и называется «Без адреса». «Электрик бенд» играют фьюжн, стыкуя джаз с роком.

На «Лихорадке» выяснилось, что когда-то лучшего российского барабанщика Москве подарила Пермь. Валерий Черноок — писал музыку для балета Панфилова. Играл в пермской рок-группе «Близнецы Бу». А в 1999 году уехал на время в Москву. Да так там и остался. Изредка приезжает навестить маму. Признается, что с трудом узнает Родину:

— Пермь изменилась в лучшую сторону, во всяком случае внешне. Красивая реклама, дома большие и некоторые дороги неплохие.

Засветились на «Лихорадке» и «заокеанские звезды». Олег Бутман привез нью-йоркскую исполнительницу — Чанду Рул. Она частый гость в Европе. А по российским просторам колесит последние 5 лет. Дома же, в Нью-Йорке, помимо клубов выступает в церкви. Как ни странно, с тем же репертуаром:

— Мне все равно, где я пою. Бог — это любовь. А моя песня — от сердца. И, слава Богу, моя религия позволяет чувствовать себя раскованно в равной степени и на сцене, и в церковном хоре.

Для многих американских джазменов первой музыкальной площадкой была церковь. Для европейцев это странно, а для нас — вполне естественно.

На чем только не замешивают джаз: фанк, фьюжн, рок, авангард, фолк, индастриел. Это неспроста. Классический джаз, как и другие музыкальные направления, превратился в стандарт. Синтез помогает ему выбраться из кризиса жанра. Зритель становится очевидцем поиска. Ему остается удивляться, негодовать и радоваться. Но самое главное, переживать со всем музыкальным миром рождение нового.